«Скорбь Сатаны» часто называют одним из первых бестселлеров в мире. За первую неделю продали около 25 тысяч экземпляров, за семь недель около 50 тысяч. А серьезные критики книгу высмеяли. Интересно разобраться, почему одна и та же книга вызывала у читателей восторг, а у критиков презрение, и что это говорит о ней самой.
В «Скорби Сатаны» есть почти все, что любит массовый читатель. Бедный герой, который внезапно получает миллионы. Таинственный красивый князь. Лондонский высший свет, приемы, принц Уэльский. Роковая красавица, измена, самоубийство с ядом. Египет, мумия, гипноз. Буря и откровение. И все это завернуто в моральную историю с ясным выводом.
Секрет, видимо, как раз в этом сочетании. Читатель мог наслаждаться скандалом, роскошью и страстями и при этом чувствовать себя не испорченным, а поучаемым. Книга разрешала интересоваться грехом под видом осуждения греха.
Многое держалось и на самом Лючио. Красивый, остроумный, загадочный дьявол, который говорит все, что читатель хотел бы сказать о светском обществе, был куда интереснее обычного злодея. Его речи можно было цитировать, с ним можно было спорить, его можно было жалеть.
Читали Корелли очень разные люди. Ее книги любили и продавщицы, и королева Виктория, среди читателей был и Оскар Уайльд. Арнольд Беннетт, прочитав «Скорбь Сатаны» в октябре 1895 года, написал другу, что теперь понимает и ее популярность, и презрение к ней критиков. Лучшего описания книги, пожалуй, не придумать: в ней одновременно есть то, что притягивает, и то, что раздражает.
Критики упрекали Корелли в напыщенном стиле, морализаторстве, длинных проповедях. Джеймс Эгейт позже написал, что у нее воображение Эдгара По, стиль Уиды и ум няньки. Были претензии и к самолюбованию: Мейвис Клер слишком откровенно похожа на автора. А выпады против критиков в самой книге с рецензиями ей, конечно, не помогали.
Повезло книге и с моментом. За год до нее библиотеки перестали покупать дорогие трехтомники, и романы начали продаваться прямо читателям, так что успех решали продажи. А весной 1895-го прошел суд над Уайльдом, и спор о морали в литературе был у всех на слуху. Корелли выпустила книгу, которая отвечала на этот спор, ровно тогда, когда его все обсуждали.
В романе Корелли смеется над тем, как книгу Джеффри раскручивают рекламой. А вокруг ее собственной книги продавали календари и открытки с ее портретом. Она сама стала тем, что критиковала, только успешнее.
Сразу книга не забылась. Ее экранизировали в 1917-м и потом в 1926 году, а в 2017-м в Лондоне поставили мюзикл. Корелли еще несколько десятилетий оставалась одной из самых продаваемых писательниц. Но великой книгой в истории литературы «Скорбь Сатаны» так и не стала.
Судьба книги сама подтверждает то, о чем в ней написано. Корелли утверждала, что настоящий успех дают читатели, а не критики, и ее успех пришел именно от читателей. Но здесь же и ловушка: популярность – тоже результат, и глубины она не доказывает. Мартин Иден и Джеффри Темпест показывают, что признание бывает пустым. Признание читателей Корелли получила, признания времени – нет.
Бестселлером «Скорбь Сатаны» стала потому, что давала читателю и удовольствие, и оправдание этого удовольствия. Она пришла в нужный момент на рынок, который уже слушал читателей, а не критиков. А ругали ее за то же, за что любили: за пышность, мораль и самолюбование. И правы, в общем, были обе стороны.