Пока Джеффри был беден, он хотел писать и верил в свой талант. Разбогатев, он писать почти перестал. Его стремление и его гениальность убил потребительский образ жизни – не сами деньги, а то, как он начал жить: тратить, развлекаться, покупать вместо того, чтобы делать.
В бедности у Джеффри было то, что двигает любого автора: нехватка. Ему было что сказать миру, а мир его не слушал. Он писал серьезную книгу, язвительную по отношению к обществу, и отказывался писать модные любовные истории, хотя ему прямо советовали. Голод, обида, упрямство – не самые приятные чувства, но они заставляли его работать.
И голод был не только физический. Джеффри было чего хотеть: признания, правоты, возможности сказать то, чего не говорили другие. Неисполненное желание держит человека в напряжении, а без напряжения ничего не создается.
Потом приходят деньги, и все можно получить сразу. Джеффри покупает одежду, поместье Уиллоусмир, светское положение, жену. Он сам описывает свою лондонскую жизнь: игра на большие деньги, сомнительные развлечения, траты без счета. Книгу издают с огромной рекламой, рецензии покупают. Желать стало нечего, потому что все исполняется раньше, чем успеваешь захотеть.
Время, которое раньше уходило на письмо, теперь уходит на другое. Джеффри играет, кутит, ездит по приемам, а Лючио устраивает в его поместье праздник с ужином на четыреста гостей. Ни одно из этих занятий не требует от него ничего, кроме денег. Жизнь, в которой все делается за деньги, постепенно лишает человека всего, что делается усилием.
И тут происходит главное. После выхода романа Джеффри пытается написать что-то новое и не может. Книга продается плохо, а он сидит и не знает, о чем писать. Сибилла говорит ему, что у книги благородный замысел, но она не до конца искренняя, и он соглашается: как литература она ничего не стоит. Гениальность, если она вообще была, ушла не потому, что Джеффри стал хуже писать, а потому, что ему больше не нужно было писать.
Корелли довольно точно показывает, как работает потребление. Оно подменяет желание делать желанием иметь. Джеффри больше не автор, он покупатель. Он покупает себе даже успех, и поэтому успех ничего ему не дает. А вдохновение купить нельзя, оно просто исчезает.
Особенно хорошо это видно рядом с Мейвис Клер. Она рассказывает, что когда-то была очень бедной, а сейчас живет в достатке, но не богато, и большого богатства не хочет: оно сделало бы ее ленивой и открыло бы дорогу искушению. Она работает каждое утро и говорит, что писала бы и на чердаке. Мейвис понимает то, чего не понимает Джеффри: для работы нужен не комфорт, а смысл. Ее книги расходятся десятками тысяч, хотя критики ее не любят, а книгу Джеффри при всей рекламе почти не читают.
Это касается не только писателей. Любое творчество – книга, музыка, собственное дело – держится на том, что тебе чего-то не хватает и ты хочешь это создать. Если все можно купить, создавать становится незачем.
Джеффри потерял не талант, а то, что заставляло его работать. Потребительская жизнь дала ему все сразу и тем самым отняла желание. Талант растет из нехватки и усилия, а не из изобилия. И когда в конце романа Джеффри снова беден и сам зарабатывает на жизнь, его книга вдруг начинает продаваться и приносит сто фунтов. Мелочь по сравнению с пятью миллионами, но это первые деньги, которые он действительно заработал.